Тату и пирсинг


Первым в Берлин прилетел мой муж – искать нам всем квартиру. А я осталась в Калуге с детьми одна на 3 месяца. Мне было ужасно интересно, как там все в Германии, ведь он был уже ТАМ, а мы были еще – ЗДЕСЬ. И во время наших свиданий по скайпу я пытала мужа расспросами — какая там погода, архитектура, транспорт, что едят, как одеваются. На последний вопрос муж ответить не мог.

 

— Лена, тут одеваются так, как хочется, как удобно.

— Ну, например?

— Ну, например, сегодня утром в метро рядом со мной ехал парень в розовом махровом халате.

 

В справедливости слов мужа я убедилась в первый же месяц после переезда. Одеваются, действительно, кто как хочет. Но мне кажется, в одежде тут больше уклон в сторону «удобно», чем в сторону «красиво». Вместо каблуков – удобные ботинки или кеды, вместо строгих пиджаков – футболки и свитшоты.

 


Тату и пирсинг

 

Фото Владимира Пискунова

 

Недавно я вместе с профессиональными актерами принимала участие в очень интересном фотопроекте «В Берлине можно быть любым». Постановщик проекта и гример создала несколько образов для нас – бомжа, офисного сотрудника, гламурного модника. Мы фотографировались в разных образах в разных декорациях Берлина. Цель этого проекта была – показать, что в Берлине можно быть кем угодно, можно быть собой. Этот город примет тебя любым.

 

И единственный раз за год я почувствовала на себе любопытные и удивленные взгляды в метро и на улицах – когда возвращалась домой со съемки образа «гламурной девчонки». Агрессивно-сексуальное красное платье, босоножки на каблуках со стразами, тяжелый макияж — накладные ресницы, алая помада, ногти. Вот тогда на меня, действительно, глазели. Так что, с точки зрения – как тут принято или не принято одеваться, я могу сказать только по поводу откровенно сексуальных нарядов. Девушек с глубокими декольте, откровенными мини, с каблуками, стразами, яркими помадами и накладными ногтями – я почти тут не встречала.

 

И многие, переехавшие в Германию, замечают, что тут постепенно меняется стиль одежды – уходят каблуки, обтягивающие платья. Девушки перестают ежедневно краситься и сочинять на голове каждое утро сложные укладки. Сейчас я пишу этот текст в уличном кафе в самом центре города, и за полчаса я не увидела ни одной девушки на каблуках, со сложным макияжем и прической. Джинсовое платье до пят, балетки и кожаная косуха. Джинсы и свитер с Микки Маусом. Расклешенная юбка, блузка и многослойный шарф на шее. Лосины, платье и потрясающая шляпка на проезжающей мимо велосипедистке. Кстати, лосины с платьем или юбкой тут очень популярны – и среди женщин, и среди детей.

 

В языковую школу на курсы немецкого со мной ходит американка Джина, муж которой — немец, работающий в компании, которая сотрудничает с Россией. И весь прошлый год они прожили по долгу службы в Новосибирске (да, бэкграунды моих одногруппников — это тема для отдельной колонки). Помимо того, что Россия это «очьень-очьень холодно» Джина запомнила, что Россия – это очень красивые женщины, но при этом — агрессивно-сексуально одетые. «Лена! Это каждый день каблуки, платья, завитые волосы и макияж! Это же непрактично!»

 

 

 

Когда я училась в 10-м классе, к нам в школу пришла новая учительница истории. И у нее – о ужас! – было 3 сережки в одном ухе. И вызывающе-короткая стрижка. Для нас она стала символом свободы, бунтарства, инакомыслия. Ну-ка! Учитель с тремя дырками в ухе!

 

Тут пирсинг, татуировки, цветные перья в волосах, кожаную куртку с заклепками и браслеты с шипами можно встретить у кого угодно – водителя автобуса, учителя в школе, сотрудника министерства, полицейского.

 

Когда я пришла первый раз на родительское собрание в наш детский сад и увидела заведующую садом с пирсингом в носу и брови, у меня был шок. Слишком свежи еще были воспоминания о заведующей нашим садиком в Калуге (образ заведующей в провинциальном детском саду, думаю, легко себе представить).

 

Потом, летом, когда наступили жаркие деньки, и все переоделись в открытые платья и майки, у меня случился второй шок. Все руки и спина нашей второй воспитательницы оказались покрыты татуировками. У воспитательницы. В детском саду.

 

Мы прожили в Берлине уже почти год, и за это время я перевидала тут «чудиков» всех мастей. Особенно летом. Особенно ночью в метро.

 

На детской площадке летом я видела мужчину в длинной расклешенной юбке и босиком. Причем, это была традиционная семья – мама, папа, сын. Я видела женщину в готическом черном платье до пят со шлейфом и в шляпке с кружевной вуалью. Муж вот видел парня в метро в розовом халате.

 

Летом огромное число людей ходят по городу босиком. Утром в метро я видела мужчину в строгом деловом костюме, белоснежной рубашке, с ярко-зеленой шевелюрой и зеленой бородой. После такого пирсинг и татуировки кажутся самым обычным делом. Кстати, пирсинга и тату тут в несколько раз больше, чем в России. Это я отметила, еще живя в Калуге. Когда мы отдыхали в отелях в Турции, всегда поражались с мужем количеству и разнообразию татуировок именно на немецких туристах.

 

В Берлине с приходом теплых деньков мне открылся удивительный мир татуировок — надписи на самых разных языках, диковинные звери и птицы, символы, портреты детей, любимых и вождей. Самое удивительное, что татуировками щеголяют и люди из поколения моих родителей — 50-60 лет. Но, отмотав 50-60 лет обратно в хронике истории России и Европы, становится, в принципе, понятно, почему это так.

 

Тату и пирсинг

 

 

Это Берлин, детка!

 

В Париже мне хотелось сфотографировать каждую девушку на улице, чтобы дома по фото-подборке учиться городской моде. Несколько дней в Париже были бесконечной усладой для глаз и непрекращающимся фешн-показом. Про Берлин я такого сказать не могу.

 

Но Берлин прекрасен другим. Здесь можно одеваться как угодно. Я помню, как собиралась на свою первую вечеринку, сомневаясь, надевая и снимая, звонила подруге: «А будет нормально, если я пойду в этом?» «Это Берлин, детка! Тут нормально ВСЕ!»

 

В нашей семье даже появилась своя домашняя шутка «Мы в Берлине». Она про то, что когда мой сын, опаздывая в школу, не может найти пару одинаковых носков, хватает из ящика разные со словами: «Аааа..! Мы в Берлине!» Кстати, носки разного цвета я очень часто вижу на детках в нашем садике. Сначала я подумала, что это какая-то местная детская мода, а мы, как глубокие провинциалы, ходим в одинаковых. Но потом мне пояснили, что, возможно, таким образом мамы учат детей различать право и лево (красный носок на правую ножку, зеленый — на левую). Возможно, это и правда детская мода в нашем районе. А, возможно, это – просто Берлин, детка!

 

 

Стар и млад

 

«Стар»

Тут я перестала бояться старости. И насмотревшись на немецких бабушек, стала чуть ли не предвкушать грядущую пенсию. Во-первых, тут не так страшно заболеть страшной болезнью. Нет, конечно, страшно! И не дай Бог! Но страховка, уровень медицины, социальная помощь — все это позволяет чувствовать себя увереннее. Но сейчас я не об этом.

 

В первые месяцы в Берлине мой сын удивлялся: мама, тут столько людей на инвалидных креслах, которые не могут ходить! В России почему-то их совсем нет.

 

— Нет, сынок, в России они тоже есть. И думаю, что в таком же количестве. Просто там они чаще всего не могут никуда выйти. К сожалению.

 

Немецкими бабушками я откровенно любуюсь. Ухоженные, с интересными стрижками и цветными перьями в волосах, с бусами в несколько рядов и ярким маникюром, в брюках, мокасинах, с мобильным концентратором кислорода в стильной сумке на ручке электрического кресла на колесах. Я вижу их в магазинах, в парках, на городских праздниках и в уличных кафешках. Вот такой бабушкой мне хочется быть — с маникюром, с кожаными браслетами, цветными бусами.

 

…и…

«Млад»

Мою дочку в детском саду называют «девочка с двумя косичками». У нее густые волосы до талии. Если бы она ходила, как большинство немецких девочек, с распущенными волосами, уже к обеду ее волосы превратились бы в дреды. Поэтому она — «девочка с двумя косичками».

 

Самая сложная детская прическа, которую я тут видела — хвост или косичка. Никаких сложносочиненных колосков в виде бабочек на голове, «корзиночек» из кос и прочей красоты я не видела тут ни разу.

 

Дети одеваются… по-берлински. То есть так, как захотят. В школах нет формы и никакого дресс-кода — джинсы, футболки, толстовки. В музеях, в кафе, на детских площадках я часто вижу девочек в «принцессных» платьях — с пышными многослойным юбками из тафты (надетых, впрочем, часто поверх джинсов), в костюмах любимых мульт-героев (Человека-паука, миньона, черепашки-нинзя).

 

Наряжать детей тут тоже вроде как не очень принято, даже когда есть повод. Однажды в нашем садике детей фотографировал приглашенный фотограф. Ну, знаете, эти альбомы из садиков — с прифотошопленными зайчиками и мишками. Родителей предупредили заранее, чтобы мы — а) дали свое согласие на съемку, б) — как мне показалось очевидным — принарядили своих деток. Марта пришла в сад при полном параде — лаковые туфельки, белые носочки с помпонами, нарядное платье с брошкой и лента в тон платью в волосах. И…смотрелась она абсолютно чужеродно и даже несколько нелепо во всем этом великолепии на общей фотографии среди детей — в повседневных шортах и футболках.

 

Иногда тут в Берлине я скучаю по девушкам, одетым стильно, оригинально, с этаким небрежным шиком. Не с эпатажем (вот этого-то добра уж тут полно), а именно — небрежно-элегантно.  Но свобода быть собой, надеть что угодно, что соответствует твоему настроению и не думать при этом «что скажут люди» — это тоже очень важно.

 

Источник: materinstvo.ru



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *